Cпециально для конкурса #сказкидраконовопути В группе “Лианкины Истории – драконы и фэнтези“
Маленький дракон крепко спал внутри своего яйца. Яйцо было покрыто изумрудными и бирюзовыми чешуйками. Блики солнечного света играли на них в догонялки. Их торопили морские волны. Волны разбивались о яичную скорлупу и шуршали по стенкам золотистым песком. Шурш плюх, шурш плюх, шурш плюх…
Маленький дракон ни о чём этом не знал, потому что крепко спал внутри своего яйца. Начинался отлив. Солнце припекало всё сильнее. Звук волн звучал всё дальше и тише. Шурш плюх… шурш плю… шурш п… И маленький дракон проснулся. Вокруг было темно, тепло и тихо. А внутри хотелось потянуться. Он широко расставил лапки, чуть чуть поднатужился. Ц ц кряк! Скорлупа дала трещину. Маленький дракон поднапрягся ещё и выбрался на берег Нежного моря.
Маленький дракон вдохнул морской воздух и громко чихнул. Изумрудно бирюзовые брызги разлетелись вокруг, впитались в светлый песок и смешались с морской водой. Только тогда маленький дракон заметил, что стоит весь мокрый — от когтей до рогов. Он лизнул лапу. Лапа была липкой и пахла кумкватом. Поэтому маленький дракон вылизал все лапы по очереди, а ещё, крылышки и хвостик. Потом обтёр лапами мордочку и снова облизал каждый палец и коготь. Тут то он понял, насколько проголодался, пока крепко спал внутри своего яйца.
Маленький дракон попробовал на зуб чешуйки разбросанные по берегу. Они оказались похожи на карамельки: на вид — прозрачные, твёрдые, но если рассосать, то помягче и сладко солёные. Когда карамельки в песке закончились, маленький дракон заметил остатки яйца. Они возвышались над берегом, словно диковинный тропический цветок. Маленький дракон допил его сладкую начинку, сгрыз скорлупу и отправился в путь.
Маленький Дракон шёл долго долго. Луга на его пути переливались всеми оттенками зелени. Травы только-только взошли. Днём вокруг летали бабочки и шмели, а ночью — мотыльки и стрекозы. Вслед за лугами начались распаханные поля, а за ними — сад. Куда ни посмотри — всюду деревья. И они как раз начинали цвести. Пчёлы спешили собрать нектар. Ветер обрывал лепестки, собирал их в бело розовые облака, заставлял танцевать в тумане лимонно жёлтой пыльцы.
Маленький Дракон любовался танцем лепестков и садовников в честь начала весны. Посреди деревни жители установили шест с разноцветными лентами. На лентах были вышиты вишенки, яблоки и ягоды боярышника, а на одежде — люди и их драконы. Каждый садовник держал в руке ленту. И вот, пока они двигались вокруг столба — то ближе, то дальше, менялись местами, приседали и подпрыгивали, — шест всё плотнее одевался лентами и покрывался узором из вишенок, яблок и ягод боярышника.
Маленький Дракон любовался тем, как ленты сплетаются в узор. Шух шух шух… Как стаи лепестков шуршат на ветру — ш ш ш — закручиваются в спирали — ш ш ш — ложатся на землю: шуф шуф шуф. Маленькому дракону тоже хотелось танцевать. Он расправил крылья и думал было погнаться за лепестками, но вместо этого потянулся, зевнул и свернулся в траве между корней старой яблони. Не было в его крыльях пока что должной силы. Лепестки всё танцевали на ветру. А когда уставали, опускались на Маленького Драколна, нежно касались его шкурки, будто баюкали под мягким одеялом. Шух шуф-шшш, шух шуф-шшш…
Маленький Дракон крепко спал в гнезде из лепестков до конца весны. Садовники решили его не тревожить, собрали опавшие лепестки вокруг и радовались тому, как те колышутся в такт драконьему дыханию и отвлекают насекомых, которые могли бы навредить хрупким завязям в ветвях. Гул насекомых становился всё громче, а солнце припекало всё сильнее. Лепестки щекотали драконовы бока и крылья, да ещё лезли в нос. Так Маленький Дракон и проснулся: вдохнул поглубже, чуть кашлянул и выдохнул огнём. Лепестки, жуки, гусеницы и мухи — тс тс тс тс — затрещали от жара и переплавились в цветочные чипсы.
Дракон Побольше проголодался за эту весну. Во сне он сильно подрос и больше не был маленьким драконом. Цветочные чипсы настолько пришлись ему по вкусу, что Дракон Побольше готов был съесть их все. Но садовники, благодарные за охрану плодов, угостили его яблочным соком прошлого урожая, молодой красной вишней, белой черешней и морсом из боярышника. И Дракон Побольше отправился в путь.
Дракон Побольше покинул Долину садов. По дороге он любовался, как подрастают яблоки. По стволам, листьям и плодам искал различия в сортах. Но деревья встречались всё реже, трава становилась всё выше. В жаркие дни Дракон Побольше шёл вдоль дороги, прокладывая тропу в разнотравье, подпрыгивал в воздух и падал вниз, разглядев мышь полёвку или красивую бабочку. Дракону Побольше нравилось играть с ними в догонялки. Но мыши и бабочки не любили такие игры: первые принимали Дракона Побольше за гигантскую сову, а вторые — за огромного жаворонка. Бабочки прятались в траве, а мыши — в норах, едва завидев драконью тень. Слава опережала Дракона Побольше.
Но ночь Дракон Побольше вытаптывал себе поляну и сооружал на ней лежанку из подсохшей травы. Он собирал прутики и обдирал с деревьев высохшие ветви. И метким пыхом поджигал костёр. К костру слетались прозрачные мотыльки и пушистые бражники. Комарихи гуляли по толстой шкуре Дракона Побольше, но броня его настолько окрепла, что им оставалось лишь недовольно жужжать: «Бзиии бзиии бзиии». Так они встречали утро.
Дракон Побольше шёл долго долго. На дороге всё реже встречались овцы, коровы и лошади, а всё чаще — автомобили. Они проносились мимо, поднимая клубы пыли с растрескавшейся земли. В полях трава всё чаще была стрижена, спрессована и собрана в тюки. Дракон Побольше даже видел, как её паковала большая машина. Чем дальше от Нежного моря и дальше от Долины садов, тем меньше стало разнотравья. Поля больше не тянулись бесконечным морем до горизонта. Тёмные дорожки, влажные канавки и осиновые посадки делили их на прямоугольники и квадраты, словно бабушкино одеяло. Вот зелёный лоскут с сиреневыми проблесками козляка. Рядом — жёлтый рапс. За ним — блюдца подсолнухов. А дальше — жёлто пепельный овёс шуршит чешуйками: «Цш цш цш».
Среди полей всё чаще виднелись дома. Сначала это были двухэтажные деревянные постройки с резными окошками, цветущими оградами и огородами с пряными травами. Постепенно дома становились всё выше, а дворы — всё меньше. Резные окошки уступили место однотипным наличникам из кирпича. Пыльная дорога стала сперва каменно брусчатой, а потом и вовсе бетонной. Так Дракон Побольше впервые оказался в городе.
В Одном Городе жило много больше людей, чем во всей Долине садов. Горожане на окраинах ночевали в высоких домах из кирпича, меди и стекла, а работали в центре — в высоких башнях из стекла и стали. Земля пряталась под бетоном и асфальтом — совсем как маленький дракон в своём яйце. Горожане не любили ходить по этой скорлупе, всё больше ездили на велосипедах, автомобилях и других машинах. Центральные башни оплетали магистрали, мосты и развязки. «Будто весенний шест в деревне садовников», — подумал Дракон Побольше. Ему то и дело приходилось сгибать шею и лапы, чтобы двигаться дальше или разглядеть что нибудь получше. Особенно ему нравились разноцветные витрины магазинов на первых этажах домов и башен.
После долгого пути по жаре Дракону Побольше хотелось пить, особенно вдали от прохлады полей и посадок. Он прислушался: но ни рек, ни ручьёв не было слышно, даже мелиорационных канав вокруг не оказалось. Редкие капли падали на асфальт с гудящих коробов кондиционерных блоков. Дракон Побольше лишь чуял местную воду — пресную и тихую, не то что родные волны. Вода была заточена в тонких трубах, оплетавших дома, словно дикий виноград, и в толстых трубах под дорожным полотном. Дракон Побольше поскрёб одну такую когтем. Из неё посыпались светлые хлопья и белёсый песок. Машины загудели, запищали, заорали. И Дракон Побольше взмыл в воздух, честно говоря от страха.
Он летел выше и выше, пока не достиг вершин центральных башен в тумане облаков. Вдали от машин было много спокойнее. Облака как раз собирались пролиться на город дождём. Дракон Побольше их опередил: напитался облачной прохладой, сложил крылья, как делал это, играя с мышами, закружился завертелся вокруг своей оси и приземлился на все четыре лапы на Центральную площадь. Блики солнца, отражённые в стёклах башен, играли на драконьей чешуе.
«Топ бум!» — топнул Дракон Побольше. И ещё: «Топ бум ух ом!» Гул подземных вод отзывался из под бетона. И ещё: «Топ бум ух ом хрясь ом!» Треск и грохот молний обрушился из кучевых облаков: «Топ бум ух ом хрясь ом! Топ бум ух ом хрясь ом!» Бетон пошёл трещинами, заволновался, вспучился и, словно вулкан, выбросил в небо сперва пар, а затем потоки воды.
Люди в центральных башнях оставили свои бумаги на столах, прильнули ладонями к окнам и смотрели на танец Дракона Побольше в парах гейзера и струях дождя. Дракон Когда подземный поток замедлился и остыл, Дракон Побольше прильнул к нему и начал жадно пить. А когда утолил жажду – не свернулся вокруг источника, будто обнимая кратер в бетоне. Вода журчала: «Бль-бль-бль». Шуршали шины машин: «Шу-шу-шу». Горожане обменивались новостями и обсуждали важные дела: «Гм-гм-гм». Дракон Побольше мирно заснул под городской шум: «Шубльгым, шубльым». В дорожной петле над ним мерцала робкая радуга.
Обыкновенный Дракон крепко спал, оберегая фонтан на Центральной. Вода приятно холодила лапы, живот и крылья. Журчание убаюкивало. Горожане не беспокоили его. Люди возвели вокруг драконьего лежбища невысокую ограду, которая не давала воде разбежаться по улицам. Там, где после драконьего танца случились прорехи в бетоне, жители прикопали саженцы клёнов, рябин и платанов. А мхи и незабудки завелись и зацвели вокруг самостоятельно. Под крышами парадных горожане развесили горшки с разноцветными петуниями и геранью. Все они питались влагой драконьего источника. Цветы распустили бутоны, деревья — первые листья. Горожане завели традицию: в начале и конце рабочего дня они собирались на Центральной площади собираться на Центральной площади, любовались цветами и пели песни спящему дракону.
Обыкновенный Дракон крепко спал, пока в Один город не пришёл холодный ветер. Листья молодых деревьев сменили окрас на жёлтый и алый. Ветер оборвал цветы петуний и пеларгоний. Горожанам всё холоднее было встречать и провожать день колыбельными песнями на площади у фонтана. Всё больше хотелось танцевать, притопывая погромче, чтобы согреться. А брызги воды на драконьем загривке и крыльях ночами стали подмерзать, стягивая плечи льдом.
Ц-ц-цак-динь! Ледяная скорлупа треснула и Большой Дракон проснулся. Он хорошенько потянулся: сначала левым крылом, потом правым — и сам удивился тому, какой он теперь — большой дракон. Он потянул хвост назад, а голову в низ, как делают собаки, и зевнул. А затем вытянул шею к небу и огласил город мощным рыком.
Большой Дракон был очень голоден, ведь за время летнего сна он сильно подрос. Горожане будто ждали этого момента: с благодарностью они несли ему багеты и батоны из пекарен, пирожные из кондитерских, готовую еду из ресторанов, в которые Большой Дракон когда то заглянул по дороге в центр Одного города. Большой Дракон был благодарен за лакомства, особенно за чипсы из яблоневых лепестков из Долины садов.
Восполнив силы, Большой Дракон снова расправил крылья и взлетел выше башен из стекла и стали. Далеко внизу маленькие горожане танцевали вокруг фонтана на Центральной площади, празднуя щедрый урожай прошедшего года.
Большой Дракон летел долго долго, любуясь то солнцем, то звёздами. Ему нравилось покорять воздушные потоки мощью собственных крыльев. Лишь изредка он смотрел на землю. Теперь внизу были леса. Среди синих елей и шафрановых лиственниц почти не встречалось людей — всё больше олени и кабаны. Белки тоже водились в этом лесу, но Большой Дракон не мог их разглядеть с такой высоты.
Большой Дракон летел долго долго, пока не заметил, что земля приобрела внушительный уклон. Всё больше и больше усилий требовалось, чтобы не задеть верхушки деревьев. И, если честно, Большой Дракон устал лететь так долго — ведь даже самые большие иногда устают. И когда Большой Дракон принялся искать место посадки, его привлёк едва слышный в гуле ветра звук флейты. Чем то он напоминал песни благодарных жителей Одного Города.
Большой Дракон опустился на поляну. Растревоженный крыльями воздух кинул ему в лицо порцию сухих дубовых листьев. Под лапами мелькнули полосатые спины кабанчиков. Хрюкали кабанчики совсем недовольно. Поляна была усыпана желудями: любимое лакомство и любимая музыка, а тут такое!
Большой Дракон огляделся. Под одним из дубов, упираясь спиною в ствол, сидел человек. На нём был серый плащ и шляпа такой ширины, что скрывала не только лицо, но даже и флейту. Музыка стихла.
— Приветствую, Большой Дракон, — сказал Человек в Широкой Шляпе. Он поднялся и сделал несколько шагов навстречу.
— Приветствую, Человек в Широкой Шляпе, — ответил дракон. Опустился на одну лапу и упёрся лбом в протянутую руку. Ладонь Человека в Широкой Шляпе была тёплой и шершавой. Пульсация крови и ритм дыхания напомнили Большому Дракону о береге Нежного моря. Большой Дракон аж зажмурился от удовольствия.
— Давно я не встречал драконов в наших горах, — сказал Человек в Широкой Шляпе. Он улыбнулся и от этого тоже сощурился. — Будто зря мы зовём их Драконьими Горами.
— Я никогда прежде не встречал людей, которые понимают драконью речь.
— Все понимают драконью речь, но не все решаются ответить. Я давно жду тебя здесь. Слава опережает тебя. Гусыня с берега Нежного Моря рассказала мне про Маленького Дракона, который вылупился из яйца во время отлива. Продавец цукатов рассказал мне про Дракона Побольше, который защитил сады от вредителей и подарил садовникам рецепт приготовления яблоневых лепестков. Продавец книг рассказал про дождливый танец Обыкновенного Дракона и волшебный парк вокруг фонтана на Центральной площади Одного города.
— Кажется, ты говоришь про Путь Большого Дракона. Мой путь.
— Да нет. Я говорю про путь Могучего Дракона, мой друг, — Человек в Широкой Шляпе вздохнул и протянул Большому Дракону горсть желудей.
Они развели небольшой костёр, потом грели жёлуди в углях. Кабанчики вернулись на поляну — теперь, когда листья разлетелись в стороны, собирать жёлуди стало много проще. Фыркая и чихая, купая носы в земле, кабанчики подходили к Человеку в Широкой Шляпе и угощались печёными желудями. Печёные жёлуди нравились им больше сырых и холодных.
Большой Дракон улёгся у ног человека. Он слушал мелодию флейты: «Фьють фьють». Потрескивание желудёвых корочек: «Клёк клёк». Шелест опадающей листвы: «Пш пш». Похрюкивание кабанчиков: «Хр хр». «Хр фьють клёк пш пш. Хр фьють клёк пш пш». Веки тяжелели. Глаза закрывались сами собой. «Как же далеко и высоко я забрался от Нежного моря!»
Большой Дракон крепко спал под дубом. Человек в Широкой Шляпе оставил его — пришло время отвести кабанчиков в тёплые землянки. Но Большой Дракон этого не слышал. Он не видел, как с неба опустилась белая крупинка первого снега. И даже не почувствовал, как холодно та приземлилась на драконий нос. Снежинка тут же растаяла. Но чем больше снега падало на Большого Дракона, тем реже он таял. Талая вода превратилась в серый лёд, который сковал крылья Большого Дракона, его лапы, его шею и голову. Вокруг стало тихо.
Большой Дракон крепко спал в скорлупе из снега и льда. «Как же далеко я забрался от Нежного моря», — думал он. Тут же его подхватили волны, закрутили завертели в водоворотах вместе с золотыми песчинками и серебристым планктоном. Шурш плюх, шурш плюх, шурш плюх… И Большой Дракон спал бы дальше, но что то коснулось его подбородка. Дракон фыркнул, переложил тяжёлую голову на другую лапу. Чуть хрустнул ледяной настил. Пара капель упала на почву между драконьими лапами: «Ц кап».
«Как же далеко я забрался от Долины садов. Интересно, танцуют ли садовники до сих пор первый танец весны? Оплетают ли лентами столб?» Тут же вокруг Большого Дракона закружились вихри лепестков, зажужжали пчёлы и загудели комарики. «Шух шуф-шшш, шух шуф-шшш…» И Большой Дракон спал бы дальше, но что то коснулось его шеи. Пришлось чесаться о ледяную скорлупу. Серый лёд затрещал, и с драконьих чешуек на землю закрапила вода: «Ц кап кап кап».
«Как же далеко я забрался от Одного города. Интересно, работает ли фонтан на Центральной площадидо сих пор?» Тут же Большой Дракон увидел радугу над высокими башнями из стекла и стали. «Шубльгым, шубльгым» — убаюкивал его шум города. Только вот голову никак не удавалось уложить поудобнее. Снова что то тыкалось в подбородок. Большой Дракон клацнул зубами и облизнул с губ талую воду.
«Как же давно я не говорил с Человеком в Широкой Шляпе в Драконьих горах?» Тут же Могучий Дракон широко зевнул. Он поднапряг передние лапы, вытянул сильную шею и посмотрел на землю. Земля под его лапами оставалась всё это время тёплой. На ней желтела трава. А как раз там, где раньше лежала голова Большого Дракона, из земли торчал зеленоватый прутик. А из прутика нелепо тянулись вверх три маленьких листа ладошки.
Могучий Дракон наклонил голову набок и сощурился: «Что ж вы такие жёлтые?» От движения воздуха прутик покачнулся, а листья зашептали: «Солнца!»
— Как здорово, что вы решились заговорить с драконом, но я вовсе не Солнца, я — Могучий Дракон!
— Со о олнца! — вздыхали дубовые листья.
— Что ж, Солнца так солнца!
Могучий Дракон запрокинул голову, вдохнул побольше воздуха и выдохнул пламя. Но очень аккуратно: вдруг трава загорится, а дубовый прутик ещё так мал. Ледяная скорлупа окончательно раскололась и осыпалась серыми хлопьями на отсыревшую землю. Снежные стены превратились в сосульки и капли. Встречаясь с пламенем, вода шипела: «Псш псш». Топлёный снег разбивался о землю: «Плюм плюм». Пока, наконец, купол не обвалился внутрь. Могучий Дракон едва успел укрыть крылом дубовый прут. Вжух!
— Ты всё ещё тут, Могучий Дракон? — сказал Человек в Широкой Шляпе. Вместе с ним на поляну вернулись кабаны, покрытые всклокоченной со сна щетиной. Хотя они казались Могучему Дракону всё теми же мелкими кабанчиками.
— Да. Моему другу иногда не хватает солнца, — ответил Могучий Дракон, указывая крылом на молодой дубок.
— Пересади его подальше от материнской кроны, мой друг. И лети, куда хочешь.
— Пока я хочу летать тут. Ведь это Драконьи горы. Здесь столько простора!
— Ты прав: в Одном городе тебе вряд ли будет комфортно.
— Да и горожанам со мною. А тут есть ты, кабанчики и дуб. Ты прав, пересажу его из тени к свету. А когда подрастёт — это будет не так уж и важно.
— Хорошо, когда не важен размер, а только доброе сердце.
— Хорошо, — сказал дракон. И погнался за бедовым кабаном, который отбился от стада. Тот его больше не боялся, но всё равно бежал, похрапывая от азарта. Весело иногда поиграть в догонялки с драконом по имени Солнца.
© 2026, Татьяна (ДраКошка) Лапшина. Все права защищены. Распространение материалов возможно и приветствуется с указанием ссылки. Для модификации и коммерческого использования, свяжитесь с автором
