“Серебряный век”
Татьяна ДраКошка Лапшина
Я люблю слова. И совершенные формы.
Когда разные и иногда бессмысленные поодиночке элементы выстраиваются в ряд и образуют целое.
Поэзия – игра в гармонию.
Поэзия – приручение хаоса.
Поэзия упаковывает.
Поэзия успокаивает.
Поэзия окрыляет.
Нет ничего лучше ощущения, когда вдруг проходит зуд, гештальт закрывается и на листе отдельно от меня ложится стих.
Да, я пишу стихи. Карандашом. На шершавой бумаге.
А потом иногда выкладываю их в сеть.
Мне очень важны отклики читателей. Я голодна по ним и по поддержке в стихотворчестве.
сНежный рыцаРь
Тоска по Востоку
Крылья
Мифология обыденной жизни
Галерея
Киберпространства
Хвосты
Фиолетовому атланту
Киру
stihi.ru
Самая противоречивая зима. Закончилась. И хвала богам, но вроде бы жалко прощаться.
Люблю, когда зимой – затишье. А тут: контакты, открытия и высокой плотности внутренняя жизнь.
Чую, что те основы, что заложила зимой, будут долго влиять на мою жизнь. И это хорошо. Работы впереди непочатый край. Но интересно
Если долго стоять посреди ночи-метели,
можно увидеть, как твои докерс исчезнут под снегом.
И чужие следы – ты не один.
– Как думаешь, это съедобный гриб?
– Условно съедобный.
– Это как терапевт условно сертифицированный…
– Годен после вымачивания в экстракте супервизии в течение многих часов.
Она кажется вечно больной,
Чашкой кофе считает часы,
Ненавидит в себе “быть чужой”,
Потому-то везде “за свою”.
Он старается жить по часам,
Соблюдает небрежный режим,
Но утрами тоскует по снам
И мечтает весь мир изменить.
Они ходят в кино только днем,
Избегают банальности встреч.
Каждый горд тем, что может один,
Но с кем-то делит постель.
Просмотрев эту жизнь не в кино,
Я могу только вот что сказать:
“Хорошо всё то, что прошло,
И что есть, о чем вспоминать”.
И когда может-быть-новый-друг
Спросит: “Что ж мы не встретились там?!”
Я, не помня совсем себя ту,
Снова ляпну: “Действительно, жаль”.
И, конечно, безбожно солгу.
Потому что там и тогда
Ей совсем не нужен был друг,
И она ему не нужна.
(c) Я
Меня придавило котом
Надежно к рабочему креслу.
Урчанием, нежно когтем
Пришита ровно на месте.
Рука затекла от локтя,
По клавишам ползаю пальцем.
И как я жила без кота? –
Неуместным по дому скитальцем.
(с) ta
Осенью 2015 проходил первый фестиваль INDIE-парфюмерии на русском языке. 18 независимых парфюмеров подготовили свои ароматы на общую тему – вода и роза. Увы, очно я никак не попадала на встречу, да и думаю, что постеснялась бы. Зато мне досталась одна из посылок счастья. У меня есть заметки по каждой из композиций, я буду выкладывать их мелкими порциями по мере возможности. Так глядишь про все интересное и расскажу. А в сообществе можно почитать про авторов и то, что они хотели сделать в своей работе. Сегодня расскажу о том, что впечатлило, снилось и о том, что хочется носить когда-нибудь еще.
Когда мой внутренний критик окончательно победит,
Я совсем перестану писать, танцевать и говорить.
Вероятно, из жалости мне даруют право дышать, чтобы жить,
Пока мой дух не будет препарирован и заново сшит.
И тогда под толстым, как мамины линзы, стеклом,
Распятой булавкой, иссушенной солнцем пустой стрекозой,
Я останусь висеть на идеально серой стене,
Не взрослея, не старясь, не дрогнув ресницей во сне.
Возможно, лишь пыль останется в доме живой,
Когда или если я стану сухой стрекозой.
Но как хорошо и стремительно хочется жить,
Пока или если мой внутренний критик не победил.
(с) [ljuser]ta[/ljuser]
Фото стрекозы в гробике отсюда
Другие мои тексты, которые МВК считает не достойными убийства есть там.
Раньше писала стихи исключительно в небольших блокнотах или на клочках бумаги из них, непременно простым карандашом и страстно. Теперь на бегу, в фотошопе, слой за слоем. Ну хоть так. Классная вещь – прокрастинация.
в осенней Москве так здорово
сизыми вечерами прятаться с холода
в кафе с непременно желтыми люстрами
или даже торшерами
и тогда синяя внешняя улица
не просочится внутрь, не выстудит
хотя, если вдуматься,
не такая уж она и синяя
а дело всё в освещении,
в романтике и капельке настроения
и законах восприятия зрительного
