Tag Archives: сборники: диалоги

Море-игрунок

Из путевых заметок про Тунис. Май 2019

Мы хотели море и море тут есть. Побережье пахнет дальневосточным салатом и покрыто барханами из водорослей. Увы, до конца мая пляж тут не будут чистить – не сезон.
Море тут игривое и глумливое. “Эй, – кричу ему досадливо, догоняя вьетнамку уносимую водой. – Верни! ” Возвращает – сандалия как кораблик, причаливает к моим ногам. Кланяюсь и благодарю. “Игрунок!” – шутит Егор. И мы гуляем дальше вдоль берега. Собираем ракушки и симпатичные камешки. Хвастаемся друг другу. “Слушай, как думаешь, можно сфотографировать те зелёные камни, не утопив телефон и самой не утомившись?” “Тут мелко!” – пожимает плечами муж. И мы прыгаем по камням, наблюдая за завихрениями воды в множестве трещин и лакун. Я делаю пару кадров. “Ой!” Обнаруживаю, что держу в руке одну вьетнамку. Но вот как так?! И мы продолжаем прыгать по камням и теперь аккуратно обходить скопления мусора в водорослях на песке – там панцири каракатиц, клешни крабов и иногда стекло. Ничто из этого не украсит мои стопы. И пока я страдала – как же обидно в начале отпуска остаться без вьетнамок и какие уродливые вьетнамки в отеле – будто бы мои истертые одесские представляют собою эстетическое совершенство после 8 лет носки. “Да вот же она!” Сандалий торчит из песка, будто затерянное сокровище после кораблекрушения. Оно и есть. Море – игрунок.
Но на этот раз у него был сообщник. Вообще выбирая отель под названием “Зефир”, можно было бы догадаться про ветер. Он тут есть. Он дует с моря. А по ту сторону моря – Европа, из которой мы сбежали в Африку погреться. Ветер сильный и прохладный. И заставляет обманчиво игнорировать солнце. А оно тут – ух! Только зазевался и вместо носа помидор, а веснушек чего-то в этот раз не завезли :( Continue reading

Владимирские картинки-5. Ной

Рядом с домом, приютившим нас, – кафе “Ной”. Сложно придумать более богатое ассоциациями название. Оно прямо-таки разговаривает со всеми, кто проходит мимо. Кому-то коньяк, а мне – библейские мотивы. “Всякой твари по паре”, – думаю я. И ветерок вежливо подкидывает запах горелого мяса. Интересно, был ли у Ноя запас еды с собой до конца потопа или в итоге некоторых пар не досчитались? Пожрали драконов, единорогов или зайцелопов? Хороший шашлык вышел.
Или вот идешь смурной мимо. Читаешь “Ной” как глагол. Воображение подрисовывает восклицательный знак. И невозможно уже этому противиться. Идешь и ноешь: ноги устали, спина болит, зима близко, а смерть – за левым плечом. И тут ветерок вежливо подкидывает запах горелой плоти.
На самом деле за левым плечом у меня муж. Подкрадывается и сообщает:
“Так и хочется приписать букву “г”, правда?”.
-Только какого-нибудь “г” нам и не хватало! лучше читай, как глагол.
-И, правда! Ой спина болит, по котику соскучился, помирать скоро.
Приятно, когда что-то особенно хорошо удается. Например, ныть и разговаривать с вывесками кафе.

Надо было пользоваться презервативом и другие коллизии понедельничного вечера

Я начала июль с работы и с традиционных игрулек.
Суеверия меня обманули. Начало месяца в понедельник такое кругленькое. Хочется связать его с чем-нибудь приятным или хотя бы спокойным. Но не тут-то было. Работа не работалась, посуда билась, встречи отменялись, службы доставки фигели и сохранить хороший настрой никак не удавалось. В общем, все предрекало первому июля оставаться унылым днем, если бы не игрульки, психоделический . Внезапно выиграла и в Диксит и Тсуро. Главное загадала чудесное, которое никто не угадал: “надо было пользоваться презервативом” (см. картинку). А гости по достоинству оценили мой огуречно-яблочно-крапивный лимонад.
-ДраКошка, это там грибы?
-Вовсе нет, это же сушеные яблоки. Как вы могли такое обо мне подумать?!
-Вот как раз такое о тебе легко подумать.
Приятно, однако. И Я. до нас в первый раз доехал за год. А еще я параллельно сумела добыть себе “Исландские саги. Ирландский эпос” 1973 года издания. предвкушаю чтение и касание бумаги экслибрисом. Жизнь-то налаживается.

Мизантропики скурносились – 8

Злобным коршуном кружу над вулмаркетом. Было ошибкой выскочить в толпу народа, не покормив себя завтраком и кофе. Позорно отступаю с добычей на скользкие улицы Флакона. Сочувствую всему, включая пикселеватого тролля и заснеженного хамелеона. “Себе посочувствую”, – бурчит хладнокровная зелень. “Приступаю”, – отвечаю я и бегу к ближайшему источнику еды. Continue reading

Бытовые будни

Е: Дорогая, я должен тебе признаться. Я постоянно испытываю страх.
Т: Да, милый, какой?
Е: Что зубная щетка упадет в туалет к коту. Пожалуйста, если она туда упадет, не ставь ее обратно.
Т: Хорошо, не буду. На самом деле мы когда-то перепутали – стакан для щеток должен быть справа.
Е. двумя движениями переставляет стакан со щетками на место держателя для мыльницы, а мыльницу – ставит над кошачьим туалетом.
Т+Е: А что, так можно было?
Е: Какое облегчение!

Ужасно не хватает этой осенью чая да хун пао. Сегодня достала любимый осенний чайник. Который похож на тыковку с хвостиком сверху. Украшенный летучими мышками и веточкой на ветру. И с носиком – пенисом. Ссыпала остатки да хун пао со всех трех баночек, в которых его хранила во времена изобильные. И наслаждаюсь.

CRAZY HAIRED. Персонажи. Клементина

Клементина из “Вечного сияния чистрого разума” поддерживает стереотип о том, что люди с любовью к цветным волосам – психически не стабильные или как минимум странные. Она импульсивна, иногда груба и, в целом, у нее не очень выходит строить здоровые отношения. Зато она романтична и меняет цвет волос по настроению. Настроение скачет. Стереотип так себе, зато про названия красок, очень реалистично.

– Я изменилась, перекрасилась.
– Да.
– Вы из-за этого меня не узнаёте. Краска называется ”Синий джин”.
– Да.
– Захватило. Классное название. Мне нравится.
– Да.
– Эта компания выпускает целую серию таких красок для волос. «Красная угроза», «Жёлтая лихорадка», «Зелёная эволюция»… Кто им названия придумывает, не знаете?
– Да, повезло кому-то с профессией.
– Придумывать – не так уж и много. 50 названий. A мне это нравится. «Оранжевый агент». Это я придумала.


Continue reading

– Сколько у тебя там прекрасных женщин…
– Но это же тараканы?!
– Вот видишь, как хорошо иметь плохое зрение. Толпа тараканов издалека выглядит как прекрасные брюнетки с длинными волосами и в обтягивающей одежде.

Еще одна история про Леди Доротею

#myprecious #parfume #idontdomorning #penhaligons

Я вернулась с традиционной конференции в Левково с ворохом впечатлений. Но прежде, чем начну рассказывать о конференции и чем она чревата, поделюсь очередной духовной байкой, в смысле байкой про духи. В сентябре, блуждая по стенду Penhaligon’s в настроении “опять хочу в Йоркшир”, я попробовала The Ruthless Countess Dorothea и попала. Такой влюбленности в запах со мной давно не случалось. Все положенные симптомы, вроде ежедневного внутреннего диалога с жабой прилагались. Я даже стала чаще появляться в центре, чтобы заскочить в ЦУМ и в очередной раз “примерить” Доротею. В общем, я маялась так довольно долго. Разыскивала отливанты, дешевые места покупки – все тщетно. К именинам я заключила договор с жабой: “Духам быть, именно во флаконе с совой, но половину флакона продам”.
И вот у меня в руках флакон. Новый этап переговоров: “продам треть”. И я выставляю в одном закрытом сообществе драгоценные милилитры на продажу. По традиции половину первого шприца проливаю на стол (у моей дубовой столешницы теперь ну очень дорогая и ароматная полировка). За первым отливантом приезжает курьер и увозит его к счастливому покупателю, а я радостно уезжаю на конференцию с конвертом денег “на пьянку и гулянку, в смысле на книжки”. И тут начинается самое интересное.
На конференции мне настойчиво звонит неизвестный номер. Перезваниваю. Оказывается, звонок из курьерской службы. Я привентивно напрягаюсь, ожидая подставы. Но выясняется, что все совсем удивительно. Атомайзер из-за недоразумения с моими дрожащими от жадности руками был ароматен. Курьерка и ее начальство разнюхали Доротею (искренне надеюсь, что не из флакона) и хотят еще. Вежливо объясняю, что я не занимаюсь продажей парфюмерии, но честно называю марку и место покупки. Позже пишет получатель – хочу еще. К вечеру четверга в facebook выстраивается очередь в личных сообщениях – аудитория явно больше, чем треть флакона. Кажется, Доротея изрядно аддиктивна. А мне уже не так неловко за свою осеннюю влюбленность.

P.S. А Bracken Woman морозной зимой внезапно превращается в уютный мшисто-цветочный кокон.
P.P.S. Вспомнила еще, что когда в первый раз спрашивала про цену Доротеи, консультант, похожий на афишу какого-нибудь барбершопа, назвал сумму и с намеком на заговор добавил: “Остался последний флакон. Вчера приехал мужчина и купил сразу 15 флаконов”. “Может, дикий рителлер,” – удивилась я, судорожно перемножая в уме цифры и пытаясь понять, кому может быть нужен литр дорогого британского парфюма. “Или у него много женщин?” – предположил консультант. Тут я задумалась еще больше, представляя себе этот гарем. На полке с серией портретов, действительно, стояла одинокая сова в окружении толпы петухов и павлинов. Жаба теперь сменила позицию и со мной в союзе. Сидим и сочувствуем таинственному покупателю. Видимо, он тоже попал.

Позитив без картинок

Опытным путем выяснила, что мне нужна неделя, чтобы войти в нормальный ритм сон-бодрствование и плюс-минус адекватный уровень присутствия после смены часовых поясов и суток передвижения. Хотя присутствие все еще мерцает. Медитации, ручная работа и дыхание помогают только когда удается поймать сознание за руку. И это очень странно. Я привыкла фиксировать свои ускользания в состоянии крайне замотанном и усталом. Наблюдать то же самое в расслабленном и отдохнувшем состоянии я попросту не умею. Бонус тут в том, что я таки вернулась в рабочий ритм. И времени на сеть традиционно не хватает.

Внезапно (лучше поздно, чем никогда) открыла для себя “Аббатство Даунтон”. Ловлю себя на том, что все эти протоколы общения и отчужденности, – то, с чем конфронтирует вульгарная гештальт-терапия. Вульгарная не как характеристика гештальт-терапии вообще, а как некоторое упрощенное ее понимание, в основном, неофитами.
– Мера жесткости их интроектов – поражает и вызывает восхищение. Или это уже интеграция на уровень ценностей. Манера, без манерности, впитанная под кожу. И, наверное, в терапии приходилось бы все вот это конфронтировать.
– Чтобы с чем-то конфронтировать, оно должно для начала быть. Восхищайся и не забивай голову глупостями. С таким ты вряд ли столкнешься в практике.
В общем, расслабляюсь и получаю удовольствие. Тем более, что там уже двадцатые, ар-деко и все то, что я визуально люблю.

“Яркость”. В детстве я очень любила полицейские боевики. Хотя с собачками больше, чем с расовыми вопросами, но все равно. Потом мне стало скучно их смотреть. А “Яркость” вдруг не скучно. Меняем национальности на расы, в качестве интриги – тайный орден и магический артефакт, героев делаем утрированно героями, но снимаем это все с серьезным лицом, не забывая подшучивать, – и полный эффект возвращения в детство. Да, Уил Смит еще нужен. Оторваться невозможно, потому что одно приключение сменяется другим с молниеносной быстротой. На что-то такое я надеялась в “Отряде самоубийц”, но не получила.

Анастасия Строкина “Совиный волк”

Я думала вчера рассказать про книгу, которая мне, скорее не понравилась. Но вроде как время позитива, а отпускные фотографии я еще не разобрала. Так что расскажу про совсем другую книжку. Которая очень понравилась, хотя и оставила в грусти и замешательстве.

– Не грустишь, что наш снежный дом растаял? – спросил он.
– Немного. Но я помню его. В голове он не может растаять никогда. Даже если я полечу в Африку.

Любите ли вы детские книжки с картинками так, как люблю их я? А если эти книжки оказываются неожиданно светлыми, добрыми, но при том внезапно очень экзистенциальными. Взяв в руки “Совиного волка” Анастасии Строкиной я сначала обрадовалась, а потом удивилась. Обрадовалась от узнавания фантастичности детского мира, так естественно разворачивающегося на дальнем севере. Где оживают камни, лишайники, жабы, и даже старые подводные лодки. От естественности текста такой, будто это не чтение, а мои собственные мысли, просто давно забытые. Удивилась тому, с какой легкостью и прямотой в книге говорится о близости и одиночестве, о верности, о безумии, о жизни и смерти. С какой пронзительной грустью и откровенностью ведется рассказ от лица девочки, которая уже выросла. Сперва я хотела написать, что подобной откровенности ждала от родителей, и сожалею, что её не случилось. Но думаю, это лукавство. Потому что в книге Анастасия Строкина вряд ли ведет классический разговор взрослого с ребенком. Наверное, так можно писать только своему внутреннему ребенку, адресуясь одновременно в будущее и прошлое.
По сути “Совиный волк” – это сказка с огромным количество биологических и географических деталей. Поначалу мне хотелось с дотошностью проверять каждый интересный “факт” из книжки. Но я убедила себя в том, что передо мной сказка. И это было очень важно, чтобы заглянуть в созданный автором мир изнутри. Я даже почти поверила в существование совиных волков, у которых вместо шерсти из ушей растут перья. И это еще один повод воспринимать книжку как недетскую. Адресованные, скорее взрослым, тоскующим по близости, честности и открытости. Такой, какую себе могут позволить только маленькая девочка и совиный волк.
Но еще эта книжка совершенно по-детски издана. С приятной шершавой бумагой. Крупным шрифтом. Нежными иллюстрациями Ирины Галкиной. В такие страницы в детстве я влюблялась. И, наверное, в глубине души мне бы хотелось, чтобы, если у меня буду когда-нибудь дети, чтобы они могли прочитать и оценить по достоинству “Совиного волка”.
Ну а пока книга станет достойным пополнением коллекции зимних сказок. Пожалуй – это один из лучших новогодних подарков, полученных в прошлом году. Лучшего чтива бесснежными и бессонными зимними ночами сложно было бы пожелать.