Заботливые читатели любезно исправляют, наивно полагая, что это рубрика про материнство. Игнорируя тот факт, что я систематически пишу про тот или иной день матерства – заматеревшего матерного мастерства материнства мать его. С той же заботой и любезностью люди дают матерям всего мира не прошенные советы. Каждый встречный-поперечный точно знает, как именно должны быть организованы и написаны чужие материнства. А в жизни всё как в ЖЖизни.
Ещё они спрашивают: почему “драконамать”? И почему не мать дракона, например, или не мать драконов? Мальчик мой родился в год дракона. Как лучший в мире подарок на день рождения женщине, которая так любит истории о драконах в разных культурах. Но дракон один, а судьба Дайенерис так себе, поэтому не мать драконов. На самом деле дело было так. Когда в очередной раз сын меня то ли обкакал, то ли описал, то ли не только меня, я было произнесла: “Дракон, твою ж мать!” И тут же осознала, как странно это звучит. Умей младенец говорить, он бы сказал: “Ну да! Мою же мать описал и обкакал и не толькко!” С тех пор так и ругаюсь. И прелесть в том, что если записать или напечатать “моюдраконамать”, появляется надежда на чистоту. В общем, так и завелся тег в ЖЖ и на канале.
Ещё спрашивают, почему Дважды Бурерожденный? Официальная версия, потому что родился между снежной и солнечной бурями в мае. Точнее, прямо в их процессе. Над Москвой и Подмосковьем даже появилось полярное сияние. Хотя в последнее время я всё чаще называю его в черновиках “Ярый Цмок”, возможно таковым он в моих записях и останется. Да и какая разница? Это ведь не про него, а про мое матерство.
И снова не успела доделать всамделишный дракономатеринский пост про Дважды Бурерожденного. Даже личный дневник толком не успеваю. Но когда-нибудь. А пока – картинка. Читаем детские книжки свежим взглядом. В 43 года поняла, что Доктор Айболит – говорящая фамилия. Ну и вообще много вопросов ко всему, что в книге происходит. Изображение можно увеличить, на него кликнув.
На 507 день матерства и на 10 день отпуска я решила спасать нашу семейную осень. Грипп не дал нам улететь в путешествие на Кавказ, но чуть-чуть отступил у мужа, совсем прошел у сына, а меня оставил в неопределенности, как по учебнику, на 6 день после начала.
Я давно собиралась съездить с Дважды Бурерожденным на “Городскую ферму” ВДНХ. Он уже многих животных узнает на карточках и в книжках. Было интересно, как он отнесется к ним в реальности. А тут в канале ВДНХ я увидела приглашение на гастро-фестиваль “Урожайный Разгуляй”. Я восхитилась фотографиями и немедленно представила себе разгульную ярмарку со скоморохами, балаганом, ремесленниками, печеными яблочками и безалкогольным глинтвейном . Всё под народную музыку и в золотых лучах осеннего солнца. Козочки притоптывают копытцами, олениха звенит колокольчиком на рогах, а енот делится со всеми мандаринами.
Реальность не желала совпадать ни с моим воображением , ни с пресс-релизом. Фотозона, например, выглядела так:
Вспоминаю, как год назад сокрушалась, что не создана для материнства. Что никогда не смогу разделять радость бытия с сыном. Но всё стало меняться по мене появления жестов и слов. А ещё у нас стало появляться всё больше любимых совместных занятий.
Вместе можно шуметь. Например, шуршать осенними листьями. Или махать маракасом. Или перебирать струны… не важно чего. Главное, чтобы были струны. Ну и петь, наконец.
Вместе можно танцевать. Особенно под старый добрый ирландский фолк и классический рок. Не важно как, главное, что в такт.
Вместе можно готовить и есть всякие вкусняшки. Ими здорово угощать гостей.
Вместе можно собирать травы и грибы. Как жаль, что мне так страшно – ведь в следующий же момент всё оказывается во рту. И если в наших широтах не водится трав, способных отравить с одного лизания, то с грибами все сложнее.
Вместе можно собираться безумные прикиды и играться с бусами. Очаровывать и очаровываться.
А главное – тусить с ролевиками. В общем, состоялся наш первый совместный фотопикник у julia_friday. А это совсем не то же самое, что поехать на пикник с мамочками. Или выбраться на пикник вместе с мужем. Тут Дважды Бурерожденный был самым младшим эльфом. Да и вообще одним из двух детей. Зато при тоддлере нет никакой необходимости изображать из себя фейри. Просто следуешь за ним и в пределах разумного поддерживаешь все инициативы. Постепенно мозг переключается, и вот уже душе порхает в сиянии вечной осени.
В общем было хорошо! И красиво! И радостно!
В пятницу я притомилась и не выложила очередной матерский пост. Исправляюсь. Но выкладываю, написанный прошлой осенью. Наконец отредактировала.
Егор возвращается с похорон и говорит: “Я решил теперь принимать клиентов в костюме с жилеткой, рубашкой, возможно, галстуком”.
Теперь он работает на маленьком балкончике в спальне. Том самом, где раньше стоял мой алтарь с богом, богиней, свечами, благовониями и статуэтками драконов. На месте его кабинета – детская.
“Когда я в рубашке и жилетке, – чуть позже, говорит он, – меня будто кто-то держит изнутри, это почти как в корсете”.
Про корсет он не шутит. Корсет он себе купил, потому что у всех нас изрядно устали спины.
Я сама с момента, как вышла к клиентам, замечаю, что в рабочий день надеваю платье или рубашку. “Для кормления так удобнее и быстрее”, – объясняю я себе.
А еще, чтобы не путать клиентские будни с детскими.
Кажется, происходит то, в чем так сложно себе признаваться. Теперь мы одеваемся, как взрослые люди. То есть как те взрослые люди, которыми мечтали быть в детстве. Как те, которых видели вокруг, но чуть качественнее и дороже одетые. Потому что не советский союз все-таки. Выходит, мы те самые люди, которые стали “более лучше одеваться”.
Косплеить взрослых проще, чем быть ими, справляться с родительством, давать себе ответственность за то, что делаем.
Дважды Бурерождённому всё равно. Пока мы работаем, он ползает между комнатами в подгузнике на голом теле.
Он улыбается любым нам, будь на нас рубашка, майка или фестивальные афгани.
Для него мы по-любому взрослые. Его специальные взрослые.
Начну с кощунственного фото. Но слишком уж красиво. Невозможно было остановиться.
Собираясь в летний отпуск, я не смогла впихнуть в машину нашу вездеходную коляску, поэтому я впихнула в сумку 3 слинга и один рюкзак. Последний так ни разу и не достала. Всё-таки тряпочки мне сподручнее. Что было и для чего.
Прошлые дракономатеринские заметки ушли в профессиональный блог: PRO(не)подвижность , про роды и настроение и про тормоз и газ. А в dracat.windchi.me было сплошное нытье: про здоровье и про неинклюзивные места. Давайте расскажу про по-настоящему инклюзивные и создам у вас впечатления, что у меня есть культурная жизнь.
На днях смотрела разговор одного политолога с одной училкой и услышала там мысль, что современная культура, особенно детская, напрочь лишилась любви и романтики во имя безопасности и стерильности. А я вдруг подумала, а что если это не лишение, а эволюция. Потому что теперь в масс культе появилось пространство для любви родителей и детей в качестве фигуры, а не фона. И не в конфликте “Отцы и дети”, а в том самом трепетном, преданном и в том числе животном, что может быть в нежности. В общем, как же я рада, что 14 и 15 сезоны “Доктора Кто” вышли именно сейчас. У меня будто открылся орган, на который он воздействует (вероятно, это сиськи). Раньше я бы просто не заметила этого пласта. А теперь моя реакция с “Боже у меня младенец и в “Докторе” – дети” сменилась на : “Боже, а как же Поппи?” Это самое яркое впечатление, которое уже не пропустить. И если на серии “Космические детки” я думала: “О, какие-то родители осуществили мечту и запулили их куда подальше. Какой ужас. Я тоже так могу”,- то в “Мире Желаний” и “Войне реальности” я не могла остановиться, пытаясь понять, останется ли маленькая девочка в реальном мире и будет ли Доктор отцом. Спойлер: по сделанному выбору – будет, но фактологически – нет.
Возможно, кто-нибудь моего возраста лет через 30 будет смотреть эти сезоны, как я смотрю черно-белую “Семейку Аддамс”. В детстве она кажется прикольно бунтарской, в середине жизни – захватывает сатирическим осмыслением социальной реальности того времени, а потом вдруг понимаешь, сколько там счастливого достаточно хорошего родительства и детства, о котором так много говорят психотерапевты.
В общем, Доктор Кто вернулся к истокам – стал семейным шоу, а не пристанищем для гиков. В нем страшилки для детей. Фантастика, похожая на сказку с элементами обществознания. Социальные головоломки для родителей. Для них тоже страшилки, но совсем в другом месте. Вероятно, пустовато для подростков. Но им не до семейных шоу – им бы сепарироваться.
11 и 12 докторам досталась партнерская романтическая любовь, а 13 и 14 – родительская. У 9 и 10 только компаньоны, у 11 и 12 есть жена, у 13 – семья, у 14 – дети. Вероятно – это и есть эволюция романтики. Романтика детоцентрированного общества, которое разглядело в детях людей, разрешило себе к ним привязываться, а потом и любить. Что, в целом, не менее естественно, чем одержимость романтической или сексуальной любовью на протяжении целых эпох. Вдруг лет через 20 мы будем называть романтической комедией – историю про отношения папы и дочки или мамы и дочки, преодолевающих смешные препятствия на пути к близости.
В шеринге супервизорской группы жалуюсь, скольких врачей предстоит посетить, как мало я спала, как нездорово питаюсь. Конечно, жалуюсь, хотя это так нелепо — жаловаться на последствия появления в жизни самого любимого на свете дракона.
А ведущая возьми и спроси: «Ты уже чувствуешь, как оздоровилась после родов?» Женщины — почти все мамы — смеются.
Но это не смешно. Потому что я слышала от врачей всякое: «Родите — и пройдёт вегетососудистая дистония, пройдут акне, перепады настроения, депрессии не будет больше никогда». Не верьте этой чуши, вот честное слово. Если за этим и стоит какая статистика, то только та, что у матери нет времени дойти до врача, поэтому всеми своими болячками она занимается сама, без привлечения государственной медицины. Ах да! Ещё вам могут сказать, что эндометриоз пройдёт. Но, вообще, он не пройдёт, а выйдет ненадолго погулять до восстановления менструального цикла. Остальное ничего не пройдёт. Повезёт, если ничего не добавится. Тут нужна Donna Lynne Champlin с Miracle of birth из мюзикла «Crazy Ex Girlfriend».
Если вдуматься, то я не знаю, насколько мой организм оздоровился. Возможно, та нагрузка, которую я вывожу сейчас, до родов меня бы прикончила. То, что я делаю телесно, продуцируя молоко, адаптируясь к физическим нагрузкам: носить ребёнка на руках, ловить его падающим, догонять на детской площадке — раньше мне было недоступно.
Теперь мои ноги и спина болят не просто так: ведь я сделала 20 приседаний с утяжелением в 11 кг, пока разбирала посудомойку, а потом ещё 20, пока развешивала постиранное на сушилке, потом… В общем, теперь крутит и ломает от физической нагрузки, а не от старости. И такого, что посидела день за рабочим столом и что-то заклинило, теперь не бывает. Впрочем, как и шанса просидеть целый день за рабочим столом.
Ещё мозг и нервная система. Моя когнитивка сейчас как у больного Альцгеймера. Зато меня постоянно бомбардируют гениальные творческие идеи, чего со студенчества не было. Хотя, вероятно, так работает не материнство, а недосып.
В общем, может быть, что-нибудь оздоровительное после родов и происходит. Но оно тут же уходит на ежедневные задачи. И я бы не стала на это рассчитывать.
Так что если вы решили завести ребёнка, послушав врачей, чтобы оздоровиться… Стоп. Странно заводить целого человека, чтобы почувствовать себя лучше. Ну там таблетки попейте, спортом займитесь. А то ни здоровья не будет, ни свободного времени. Да ещё и странная обезьяна рядом, с которой придётся провести ближайшие 20 лет.
P.S. На картинке фотография дракончика на ёлки напротив клинике, в которой начался мой путь к матерству.
Полагаю, матерям, которые растят ребенка в одиночку, стоит ставить прижизненные памятники. Потому что я, очень выносливая женщина, провела пару кусочков по 6 часов кряду с тоддлером один на один без рук на подхвате и уже не помню, как оказалась ночью в кровати. И ничего из этого в голландскую рулетку не впишешь. Утешаюсь мыслью, что Дважды Бурерожденный – пока что самое прекрасное, что я создавала в жизни. Нет ни единой претензии к продукту. Ладно, не буду себя принижать. 14250 знаков всё-таки есть, благодаря запасам.
Было нас шестеро: я, муж, сын, деверь, сноха и племянник. Пятница – договорились встретиться после работы в “Ля Кампании”, чтобы самим перекусить и подзарядить пупсиков. “Ля Кампания” прекрасна для визитов с детьми. Большая веранда. Детские стульчики. Дружественный персонал. Есть, где поставить коляску.
Одна беда – ремонт в Музеоне устроен так, что напрямую из него можно попасть к Третьякове крюком почти что в километр. При покупке билетов об этом не предупреждают. Конечно, россиянин нигде не пропадёт. Поэтому просачивается козьими тропами по холмам, вытаптывая травку. Но там, где просочится влюблённая пара, протащить люльку с младенцем проблематично.
Поели и пошли на выставку. Есть небольшой лифт у служебного входа – нас туда пустили. Есть камеры хранения. Но оставить коляску в безопасном месте негде. Мужчины поехали с колясками. Мы с мальчиками в слингах потопали по лестнице.
Внутри хорошо. Прохладно. Но малыши-то спеклись в жаре по дороге. Дважды Бурерожденный хочет пить. При виде поилки смотрительница возбудилась. Вежливо попросила выйти из зала и пить там. В общем, понятное дело. Но бегать туда-сюда с малышом, ну такое. Впрочем, эта смотрительницы была вежлива. Другая хватала людей, которые фотографируются рядом с портретами за руку, и на повышенных тонах кричала: “Это же музей, отойдите!”. В тишине и полумраке закутка на третьем этаже это звучало особенно громко. С одной стороны, я понимаю риски музея, работников и страх за бесценные произведения искусства. Но не настолько же. Можно же огородить картины, сделать разметку на полу, как в метро, или повесить таблички: “ближе, чем на три метра, не подходить”. В идеале ещё бы и на билетах напечатать рядом с предупреждением, что проход по набережной со стороны центра затруднен. Всё это немного испортило просмотр. Потому что Дважды Бурерожденный пока не привык к тому, что люди кричат друг на друга. Полезный социальный опыт, конечно, но удивительно, что получил он его не в магазине, не на рынке, а прямо в музее.
Дальше-больше. Да, мы знали, что музей закрывается в восемь часов на вход. Но, что вместе с этим закрывается выход и единственное крыльцо с пандусом, оказалось сюрпризом. Хвала Богам, мы были с Дуной – очень маленькой коляской, которая превращается одним движением руки в автолюльку, – потому что наша боевая городская коляска по ширине бы не прошла в служебный вход. Хотя спускать ее по лестницам мы уже хорошо научились.
Такая вот ограниченная инклюзия. Так что если вы с колясками, то постарайтесь эвакуироваться из Третьяковки до закрытия входа. И после этого Тема пишет, что слинг – пережиток прошлого с момента изобретения коляски. Угу.
Но было хорошее. Внутри выставки как раз лестниц нет. Это очень здорово. Широкие проходы. Потрясающее освещение. Подробные информационные материалы на стенах. “Последний день Помпеи” можно разглядывать так же долго, как в школьные годы. И все равно дольше всего останавливаюсь у “Светланы”, зачарованная светом, формой зеркала и кокошника и выражением лица.
Если говорить о двуногих без колясок, то на выставке не хватало только стрелок направления осмотра.
А потом была потрясающая гроза с проливным дождем. Пока мы брели вдоль длинного забора (потому что выход ближе к метро из парка закрыт), добрые курьеры просовывали нам дождевики сквозь решетку. Мы улыбались и благодарили. Прятались от дождя в переходе, где рядом со всё теми же курьерами гарный хлопец кетколил проходящих дев с зонтами. Чего хотел – зонта или самоутвердиться – не понятно. Угадайте, кто предложил нам помощь на лестнице из перехода? Всё те же курьеры. Добрые люди. В общем, берегите их. Не обижайте. Возможно вам тоже когда нибудь понадобится дождевик и помощь с коляской. А с нашей инклюзией последнее почти наверняка.