Опытным путем выяснила, что мне нужна неделя, чтобы войти в нормальный ритм сон-бодрствование и плюс-минус адекватный уровень присутствия после смены часовых поясов и суток передвижения. Хотя присутствие все еще мерцает. Медитации, ручная работа и дыхание помогают только когда удается поймать сознание за руку. И это очень странно. Я привыкла фиксировать свои ускользания в состоянии крайне замотанном и усталом. Наблюдать то же самое в расслабленном и отдохнувшем состоянии я попросту не умею. Бонус тут в том, что я таки вернулась в рабочий ритм. И времени на сеть традиционно не хватает.
Внезапно (лучше поздно, чем никогда) открыла для себя “Аббатство Даунтон”. Ловлю себя на том, что все эти протоколы общения и отчужденности, – то, с чем конфронтирует вульгарная гештальт-терапия. Вульгарная не как характеристика гештальт-терапии вообще, а как некоторое упрощенное ее понимание, в основном, неофитами.
– Мера жесткости их интроектов – поражает и вызывает восхищение. Или это уже интеграция на уровень ценностей. Манера, без манерности, впитанная под кожу. И, наверное, в терапии приходилось бы все вот это конфронтировать.
– Чтобы с чем-то конфронтировать, оно должно для начала быть. Восхищайся и не забивай голову глупостями. С таким ты вряд ли столкнешься в практике.
В общем, расслабляюсь и получаю удовольствие. Тем более, что там уже двадцатые, ар-деко и все то, что я визуально люблю.
“Яркость”. В детстве я очень любила полицейские боевики. Хотя с собачками больше, чем с расовыми вопросами, но все равно. Потом мне стало скучно их смотреть. А “Яркость” вдруг не скучно. Меняем национальности на расы, в качестве интриги – тайный орден и магический артефакт, героев делаем утрированно героями, но снимаем это все с серьезным лицом, не забывая подшучивать, – и полный эффект возвращения в детство. Да, Уил Смит еще нужен. Оторваться невозможно, потому что одно приключение сменяется другим с молниеносной быстротой. На что-то такое я надеялась в “Отряде самоубийц”, но не получила.
